ФСБ сообщила о двух новых делах о «подготовке теракта» за одно утро 20 июля

Ставрополье: версия ФСБ

По сообщению «Медиазоны», ФСБ отчиталась о задержании в Ставропольском крае гражданина России 1977 года рождения. По версии спецслужбы, он «инициативно установил сотрудничество с представителем украинской спецслужбы», затем «провел разведку по месту проживания бывшего военнослужащего» и «приступил к изготовлению самодельного взрывного устройства для подрыва его автомобиля» — это прямые формулировки пресс-релиза ведомства.

ФСБ утверждает, что при задержании изъяты компоненты для изготовления СВУ в домашних условиях и средства связи с перепиской с «куратором», а задержанный даёт признательные показания. Видео задержания спецслужба распространила через ТАСС. По изложению «Медиазоны», из слов задержанного следует, что он приехал на Ставрополье из другого региона по заданию куратора, а элементы устройства хранил в гараже. Имя фигуранта ни ФСБ, ни «Медиазона» не называют.

Отдельная деталь касается квалификации. В пересказах дело нередко описывают как возбуждённое «по статьям о теракте и госизмене». Пресс-релиз самой ФСБ формулирует иначе: уголовное дело возбуждено по ст. 205 УК (террористический акт), а по ст. 275 (госизмена) ведомство лишь «проводит проверку наличия в действиях фигуранта признаков состава преступления». Санкция обеих статей, отмечает ФСБ, — вплоть до пожизненного лишения свободы. В заголовке своего релиза ведомство пишет о покушении «в отношении участника СВО»; «Медиазона» в своём заголовке использует формулировку «участник войны в Украине».

Калининградская область: дело, о котором почти ничего не известно

Второй кейс «Медиазона» обнаружила на сайте Балтийского флотского военного суда: в Калининградской области против 19-летнего студента из Зеленоградска Тимура Стрижакова возбуждено уголовное дело о приготовлении к теракту. Дело поступило в суд 17 июля 2026 года.

Что именно вменяют Стрижакову, публично неизвестно. В СИЗО он находится с сентября 2025 года — то есть около одиннадцати месяцев. По открытым данным, которые приводит «Медиазона», в 2023 году он поступил в калининградский колледж сервиса и туризма, а в 2024-м был зачислен в калининградский филиал МФЮА на специальность «Правоохранительная деятельность».

Контекст: поток «диверсионных» дел

Дела о подготовке терактов и диверсий стали за четыре года войны устойчивым потоком в работе ФСБ. По подсчётам «Медиазоны», основанным на материалах уголовных дел, данных судов и публикациях СМИ, с 24 февраля 2022 года по таким делам задержаны не менее 240 человек младше 18 лет — в основном за поджоги релейных шкафов на железной дороге, реже вышек сотовой связи, трансформаторов и военной техники. Самому младшему было 11 лет; обвиняемым он не стал, не достигнув возраста ответственности.

В 205 из этих случаев сами силовики фиксируют бытовой мотив — подработка, найденная в интернете. Ещё в шести случаях речь шла о влиянии мошенников, в пяти задержанные заявляли, что выступают против войны; в остальных мотив неясен. Обещанные заказчиками суммы, по данным «Медиазоны», составляли от 10 тысяч до 5 млн рублей в зависимости от объекта — при этом оплата приходила не всегда.

Ответственность и по ст. 205 (теракт), и по ст. 281 (диверсия) наступает с 14 лет: по статье о диверсии порог был снижен с 16 до 14 лет в ноябре 2025 года. В июне 2026-го глава СК Александр Бастрыкин заявил об инициативе снизить возраст ответственности до 12 лет — поправки не приняты. Сроки подросткам по «террористическим» делам, по данным «Медиазоны», начинаются от трёх лет воспитательной колонии; максимальный известный — девять лет.

Как эти дела появляются

Правозащитный проект «Мемориал», как излагает его позицию «Медиазона», полагает, что силовики необоснованно вменяют подросткам именно террористические статьи, чтобы обойти возрастные ограничения, и что после начала войны ФСБ стала активно применять провокации в делах, связанных с войной.

Один такой эпизод ведомство описало публично само. В марте 2026 года представительница управления ФСБ по Свердловской области рассказала о «социальном эксперименте» по поиску людей, готовых совершить диверсию за деньги: «До конца дошли десять человек. За три часа мы нашли десять потенциальных людей, готовых за деньги совершить любую работу, в том числе и диверсию». Согласившихся передали силовикам.

Проверить версию следствия в конкретных делах, как правило, невозможно: почти вся публичная фактура исходит из пресс-релизов самой спецслужбы и её видео, распространяемых через государственные агентства, либо из судебных карточек, которые замечают журналисты.

Что дальше

Фоном к обоим кейсам идёт общий рост «шпионско-диверсионных» дел: днём ранее, 19 июля, Мещанский суд Москвы арестовал по делу о госизмене 35-летнего учёного Максима Кравчука, специалиста по аэродинамике из подчинённого «Роскосмосу» ЦНИИмаш.

Дело Стрижакова поступило в Балтийский флотский военный суд 17 июля — фабула может стать публичной на процессе. Открытым остаётся вопрос о плотности потока: сколько подобных сообщений ФСБ анонсирует за неделю и как часто фигурантами оказываются молодые люди, вышедшие на «куратора» через мессенджер.